НБУ: PwC має закрити філію в Україні через порушення при оцінці активів Приватбанку

Все про економіку та фінанси

Після націоналізації Приватбанку Національний банк не коментує тему аудиторських звітів компанії PricewaterhouseCoopers (PwC) по банку, в яких не повною мірою ("дискусійно") відображався реальний стан справ у фінустанові [зокрема, в частині інсайдерських кредитів, - ред.]. Водночас начальник відділу оцінки та моніторингу застав департаменту управління ризиками НБУ Тетяна Сірош та директор департаменту управління ризиками Ігор Будник розповіли Delo.UA про іншу проблему - як компанія оцінювала застави в "Приваті".

Расскажите о выявленных проблемах касательно PwC?

И. Будник: PwC оказывали одновременно услуги и оценщика, и аудитора. Вопрос, могут ли они так делать, это ведь конфликт интересов.

Т. Сирош: По международным стандартам они не могут совмещать эти виды деятельности у одного клиента, ведь при аудите сразу же проводится переоценка актива. Они должны привлекать независимого оценщика.

И. Будник: Однако мы не можем комментировать вопрос аудита, но можем говорить по его оценочной деятельности.

Есть ли претензии к его оценкам?

И. Будник: Есть. У нас есть вопросы к оценкам PwC залогов как ПриватБанка, так и еще одного действующего банка, который мы не можем назвать. Почти все их отчеты, которые мы видели, содержали в себе серьезные недостатки, от чего становились некачественными и непрофессиональными.

Например, PwC оценивали завод по производству безалкогольных напитков. В отчете было сказано, что оценивался целостный имущественный комплекс, включая недвижимость и оборудование, и что все это принадлежит одному юрлицу. Когда мы проверили, оказалось, что данному юрлицу принадлежит только недвижимость, а оборудование находится в собственности совершенно другой компании. Разумеется, недвижимость без оборудования малоликвидна — ее стоимость в пять-шесть раз меньше, чем стоимость целостного имущественного комплекса.

Т. Сирош: Есть вопросы и к общему подходу к оценке — оценивался действующий бизнес, доход, который генерировало производство, но ведь без оборудования недвижимость не может сама работать. Мы приглашали директора компании и оценщика, спрашивали, что это за оценки, на что они ответили, что не посчитали нужным провести идентификацию этого объекта.

По многим ли залогам такие расхождения?

И. Будник: Практически по всем, кого они оценивали. Некоторые объекты "Приват" поручал оценивать PwC, некоторые — другой компании. Это все, конечно же, были залоги по кредитам связанным лицам. Ряд из этих объектов крупные. В том числе, PwC оценивали много недвижимости. Вот еще один интересный пример — PwC оценивали самолеты. В отчете сказано, что они провели визуальный осмотр самолетов в аэропорту Борисполь. В качестве подтверждения в отчет была вклеена фотография судна из интернета, где на заднем плане было написано "Международный аэропорт Анталии".

Т. Сирош: Стоит отметить, что в случае с "Приватом" мы столкнулись с ситуацией, когда в отчетах не было подписи оценщика. Согласно законодательству отчет подписывают оценщик и директор компании и подкладывается квалификационное свидетельство оценщика и сертификат субъекта оценочной деятельности, который выдан на компанию. По "Привату" это выглядело так: подписывался директор, подкладывался сертификат "Прайсов", подписи оценщика не было и свидетельства тоже. И в дальнейшем мы поняли, что эти договора можно оспорить и доказать, что это не отчет. PwC при проведении оценки подписывали не договор о проведении оценочных услуг, а о предоставлении консультационных услуг, что в будущем может им помочь избежать ответственности за результат оценки.

И. Будник: То есть они пытались пользователя этого отчета ввести в заблуждение. Пользователь видел отчет об оценке, и его содержание соответствовало содержанию нормального отчета об оценке. Но при этом не было важных элементов — подписи, квалификационного свидетельства. Мы считаем, что это делалось с целью защиты PwC от потенциальной ответственности. То, что PwC производило на свет, в принципе не должно было использоваться как отчет об оценке.

Когда к Нацбанку попали эти документы и вы увидели эти расхождения?

Т. Сирош: У нас поменялась процедура работы в августе 2015 года. Тогда территориальные отделения, которые этим занимались, передали нам весь функционал, мы получили доступ к документам, к оригиналам отчетов и смогли работать. Со временем мы начали выявлять эти все вопросы.

И. Будник: Да, отчеты PwC мы подавали на рецензирование украинским ассоциациям оценщиков и получили от них целый ряд негативных рецензий.

По результатам дважды вопрос рассматривался на экзаменационной комиссии ФГИ и на второй раз, это было в октябре 2016 года, комиссия решила лишить оценщика сертификата и рекомендовала Фонду аннулировать лицензию оценщика компании PwC.

Т. Сирош: У нас было два вопроса к компании. Первый был связан с ПриватБанком, его Фонд рассмотрел и сам выдал предупреждение. Второе — по выдаче рефинансирования другому банку, который работает и сейчас, потому мы не можем его назвать. Мы и там увидели большую некорректность определения стоимости.

Оценивался бывший советский институт в Днепре. В 2015 году его оценили в $1,5 тыс. за квадратный метр. Это должен был быть залог под рефинанс. Потом, через год, в 2016 году, "Прайсы" сделали переоценку объекта, где уже было определено порядка $800 за квадратный метр, что тоже является завышенной стоимостью. Мы обратились во все существующие экспертные советы в Украине, получили 6 рецензий, из них 4 негативные, где отчет квалифицирован как некачественный, непрофессиональный и такой, который не может быть использован в будущем.

Две рецензии были более мягкими. Все эти документы мы передали в ФГИ, они рассмотрели их, дали свою рецензию четвертой категории (означает, что отчет некачественный и не может быть использован — Ред.). Четвертая категория дает ФГИ основания лишить компанию сертификата оценщика. На экзаменационной комиссии нас все поддержали и Фонд был вынужден аннулировать сертификат PwC. Это случилось 22 ноября 2016 года, об этом была информация на сайте Фонда. Но через 6 дней на сайте появился новый сертификат — они получили новый сертификат через шесть дней, из которых рабочих четыре.

А сколько обычно занимает получение сертификата?

Т. Сирош: Месяц, не меньше.

В Фонде это как-то объяснили?

Т. Сирош: Да, они признали, что еще за месяц до аннулирования сертификата PwC подали документы на получение нового. То есть они уже тогда знали, что сертификат им аннулируют.

А есть другие механизмы влияния на оценщиков у НБУ, кроме обращения в ФГИ? Возможно, определить постановлением круг оценщиков, услугами которых могут пользоваться банки? Еще какой-то механизм?

Т. Сирош: Нет, у нас нет таких полномочий.

Есть ли другие оценщики, допустившие такие нарушения?

И. Будник: Да, и их достаточно много. По всем случаям, которые мы выявляем, мы регулярно обращаемся в ФГИ с требованием применить санкции к оценщику. В первый раз по нашему запросу был лишен сертификата оценщик, который проводил оценку залогов для Реал Банка, это было осенью 2015 года. Это был первый случай и после этого был целый ряд других, среди них еще одна международная — E&Y, которая получила предупреждение.

Т. Сирош: Согласно закону об оценке свидетельства лишают за неоднократное грубое нарушение. Когда возникают впервые вопросы к оценщику, его отправляют на повышение квалификации, если попадает второй раз на экзаменационную комиссию, его лишают свидетельства.

Я правильно понимаю, что аннулирование сертификата — это, в принципе, вся ответственность, которую может понести PwC?

Т. Сирош: Что касается оценки и этих отчетов — да.

И. Будник: Мы сейчас изучаем этот вопрос, как привлечь их к ответственности. Возможно, это будут обращения в правоохранительные органы, возможно — гражданский иск, если будет подтверждена сумма ущерба. Рассчитываем, что просто так им не удастся уйти от ответственности.

О какой сумме ущерба идет речь?

И. Будник: Пока сложно сказать, все зависит от того, как будут гаситься кредиты.

Вы выходили с этими вопросами на материнскую компанию PwC?

Т. Сирош: Пока нет. Мы обсуждали это с нашей главой, собирали информацию. Сейчас имеется достаточный пакет документов, чтобы общаться с их материнской компанией и показать им все факты злоупотреблений.

И. Будник: Мы должны были подготовить все факты, как по оценке, так и по аудиту и уже делать общее обращение.

И какой реакции от них вы ждете?

Т. Сирош: Ждем, что филиал PwC в Украине будет закрыт.

И. Будник: Или, по крайней мере, что люди понесут ответственность в рамках тех полномочий, которые есть у материнской компании.

Finbalance готовий опублікувати коментар PwC

P.S. За даними Delo.UA, аудитом Приватбанку займеться компанія EY (раніше - Ernst&Young)

Довідково

Заступник глави НБУ Катерина Рожкова на днях в коментарі для видання Central European Financial Observer заявила, що якщо структури І. Коломойського та Г. Боголюбова домовляться з націоналізованим Приватбанком про реструктуризацію 75% боргів до середини 2017 року, то НБУ готовий на продовження реструктуризації до кінця року для решти 25% заборгованості.

К. Рожкова також висловила думку, що залучити інвесторів в Приватбанк можна буде не раніше ніж через 3-4 роки, якщо І. Коломойський і Г. Боголюбов будуть виконувати взяті зобов`язання щодо реструктуризації отриманих кредитів.

Як писав Finbalance, глава НБУ Валерія Гонтарева заявляла, що 97% кредитів у корпоративному портфелі Приватбанку були інсайдерськими. Екс-глава правління Приватбанку Олександр Дубілет цю інформацію спростовував. При цьому І. Коломойський публічно запевняв, що "Приватбанк став жертвою свавілля НБУ". Натомість В. Гонтарева публічно заявляла, що діра в капіталі Приватбанку, яка й спонукала державу націоналізувати цю фінустанову, сягала 148 млрд грн.

Водночас глава НБУ заявляла, що якщо менеджмент Приватбанку виконає взяті на себе зобов’язання та забезпечить мирну передачу цієї фінустанови державі, то він може не потрапити в «чорний список» банкірів із зіпсованою діловою репутацією, що могло б завадити йому найближчим часом працювати в банківській системі. В. Гонтарева зазначала, що свої висновки Нацбанк зробить через 6 місяців: до 01 липня 2017 року має відбутися реструктуризація кредитного портфелю Приватбанку.

Як писав Finbalance, за три квартали 2016 року в структурі активів Приватбанку обсяг забезпечення, отриманого у власність за неплатежі, збільшився до 20,7 млрд грн (з 6 млн грн на початок року). Разом з тим, на кінець 1-го півріччя цей показник сягав 31,8 млрд грн. Тобто в ІІІ кварталі обсяг цих активів зменшився на 11,1 млрд грн.

До націоналізації Приватбанку газета «Дзеркало тижня. Україна» з посиланням на власні джерела писала, що з наданих Приватбанку в заставу по кредитам активів на 31 млрд грн аудитори верифікували 26 млрд грн.

Після націоналізації Приватбанку глава НБУ В. Гонтарева заявляла, що екс-власники Приватбанку надали в заставу по кредитам рефінансування, зокрема, «Бориваж», «Буковель», літаки «Боїнги». За її словами, частина цих активів була оформлена на Приватбанк його попередніми власниками, щоправда, згодом – виведена з балансу.

«Можу сказати про майно, яке в заставі НБУ по кредитам рефінансування. Кожний раз, оцінюючи якісь активи, акціонери розповідали, що вони коштують 25 млрд. коли ми брали першокласного оцінювача, оцінка виходила 5 млрд. Тому все, що називає цей банк, варто ділити на 5.

Нам акціонери дали в заставу свій власний бізнес. Вони нам дали, наприклад, компанію «Бориваж», компанію «Буковель», літаки «Боїнги»… Заставне майно було хорошим, ми зверху попросили ще гарантію пана Коломойського. У нас практично весь кредитний портфель [по рефінансуванню] покритий його особистими гарантіями.

Улітку багато застав, які є в нас, ми змусили взяти [Приват]банк на баланс. Вони залишалися в заставі НБУ, але замість пустушок [компаній-позичальників Приватбанку] для погашення деяких інсайдерських кредитів на 31 млрд грн ми змусили взяти правління Приватбанку й поставити акціонерів ці активи на баланс.

Але потім, виконавши наш норматив, вони один з активів забрали. Це називається шахрайство.

<…> Те, що менеджмент та акціонери робили в останні декілька днів – наприклад, в останню п’ятницю – я думаю, час покаже та наша країна дізнається. Я не хотіла б зараз це коментувати», - зазначила В. Гонтарева.

Про емісію гривні на підтримку Приватбанку читайте тут.